Философская позиция Гейзенберга

Рубрика:Категория материи и естествознание Пятница, 7 августа 2009 г.
Просмотров: 10734
Метки:

Философская позиция В. Гейзенберга по вопросу об объективном существовании микрочастиц еще противоречивее и непоследовательнее, чем у М. Борна.

Защищая копенгагенскую интерпретацию квантовой теории, В. Гейзенбеог не замечает ее позитивистской сущности, более того, он отмежевывается от позитивистской философии. «...Копенгагенская интерпретация квантовой теории,— заявляет Гейзенберг,—никак не является позитивистской.

Ибо в то время как позитивизм основан на чувственных восприятиях наблюдателя (на элементах реальности), копенгагенская интерпретация рассматривает предметы и процессы, которые можно описывать при помощи классических понятий, то есть рассматривает действительность как основу любой физической интерпретации».

В данном случае важен сам факт отказа В. Гейзенберга от позитивистской философии. Во всяком случае — это знаменательный показатель того, насколько позитивизм скомпрометирован в глазах ученых-естествоиспытателей.

В. Гейзенберг разделил противников копенгагенской интерпретации на три группы. В первую, самую многочисленную, он включил Александрова, Блохинцева, Бома, Боппа, де Бройля, Феньеша и Вейцеля, заявив, что эта группа «...без возражений приняла ту интерпретацию опытов, которую дает копенгагенская теория, по крайней мере пока речь шла об экспериментах, проделанных до настоящего времени, но объявила о своем неудовлетворении используемым языком, то есть философскими основами и заменила этот язык другим».

Далее Гейзенберг заявляет: «...все оппоненты копенгагенской интерпретации сошлись в одном. По их мнению, было бы желательно вернуться к понятию реальности классической физики или, выражаясь более общим языком, к онтологии материализма, то есть к идее об объективно существующем мире, мельчайшие части которого существуют объективно в том же смысле, как камни и деревья, независимо от того, наблюдаем мы их или нет».

Из этого отрывка видно, что Гейзенберг отождествляет «онтологию материализма» с понятием реальности в классической физике, отождествляет материализм как общее мировоззрение с конкретным его видом — старым метафизическим материализмом, опиравшимся в своих выводах о действительности на современную ему классическую физику.

Затем Гейзенберг признает существование предметов и явлений макромира независимо от того, наблюдаем мы их или нет. Кстати, он в ряде своих работ заявляет, что классическая физика дает описание мира как существующего независимо от субъекта. Этим Гейзенберг отличается от позитивиста Маргенау, считающего, что предметы и явления макромира существуют лишь в нашем опыте.

«Классическая физика,— пишет Гейзенберг,— представляет собой в известном смысле наиболее ясное выражение понятия материи, с помощью которого она пытается дать описание мира, по возможности независимое от нашего субъективного опыта. Вследствие этого понятия классической физики всегда будут оставаться основой для всякой точной и объективной естественной науки».

Ошибочность положения о том, что понятие материи выражается только классической физикой, хорошо раскрыта М.Э. Омельяновским.

В данной связи интересно отметить, что Гейзенберг, зная только точку зрения старого материализма на материю, утверждает, что она неприменима к квантовой механике. И это действительно так. Гейзенберг игнорирует или не понимает коренное различие метафизического и диалектического материализма. Об этом, кстати, свидетельствует и тот факт, что В. Гейзенберг обратил внимание на формулировку Блохинцева, как уводящую «нас очень далеко (вероятно, слишком далеко) от онтологии материализма». В действительности расхождение Блохинцева с другой трактовкой (Фок, Александров) квантовой механики в среде советских физиков не есть философский вопрос. По-разному трактуя физические особенности частицы, Блохинцев и его оппоненты стоят на позициях диалектического материализма. Блохинцев пишет: «В квантовой механике состояние частицы характеризуется действительно не „само по себе", а принадлежностью частицы тому или иному ансамблю (смешанному или чистому). Эта принадлежность имеет совершенно объективный характер и не зависит от сведений наблюдателя». В этой формулировке не выражен отход от материализма, а напротив подчеркнуто, что принадлежность частицы к ансамблю «имеет совершенно объективный характер и не зависит от сведений наблюдателя», т.е. от субъекта.

Идеалистическая путаница начинается у В. Гейзенберга тогда, когда он пытается определить специфику объекта квантовой механики в философских понятиях. Он заявляет, что понятие «объективная реальность» не применимо к положениям, с которыми приходится сталкиваться в атомной физике.

Качественное отличие атомной физики от классической Гейзенберг видит в различии между понятиями «объективное» и «реальное». Под «объективным» он понимает замкнутую систему «саму но себе», изолированную как от наблюдателя прибора, так и от внешнего мира. Такая система «объективна», но не реальна, ибо ее нельзя описать классическими понятиями. «Объективное» — непознаваемо, ибо познание возможно лишь при установлении связи, системы с наблюдателем, что уничтожает объективное. «В этом частном случае (если система замкнута) представление целиком „объективно", т.е. уже не содержит черт, связанных со знаниями наблюдателя, но оно в то же время совершенно абстрактно и непостижимо, поскольку разные математические выражения ty(q) ty(p) и т.д. не относятся к реальному пространству или реальному свойству; можно сказать, следовательно, что оно вообще нефизично».

«Объективное», по Гейзенбергу, есть лишь возможное, которое описывается с помощью математических уравнений. В отсутствие наблюдателя математическое представление системы изменяется непрерывно. При попытке наблюдателя познать систему, измерить ее, он тем самым прервет непрерывное и превратит возможное в действительное. Действительное содержит в себе «субъективный» элемент — вмешательство наблюдателя или прибора.

Таким образом, по Гейзенбергу, микрочастица есть «реальное» — это «физическая реальность», которая существует только в экспериментальной установке. Сама по себе микрочастица есть возможное, а не действительное. Это — не материальное тело, обладающее объективными свойствами, существующее во времени и пространстве, взаимодействующее с другими телами, а лишь математическая величина, символ.

Подводя итоги своему анализу соотношения классической и квантовой механики, соотношения понятий «объективная» реальность, «действительность» и просто «объективное», Гейзенберг строит такую схему. Существуют процессы макромира, «...которые могут просто описываться при помощи пространства и времени, то есть при помощи классических понятий, и которые, таким образом, образуют нашу „реальность" в собственном смысле этого слова. Если мы попытаемся проникнуть за пределы этой реальности в детали атомных явлений, контуры этого „объективно реального" мира растворяются — не в тумане новой и еще неясной идеи реальности, а в прозрачной ясности математики, законы которой управляют возможным, но не действительным... Онтология материализма основана на иллюзии, что можно экстраполировать в атомную область непосредственную „действительность" окружающего нас мира. Однако эта экстраполяция невозможна».

Итак, выступив с критикой метафизического материализма, Гейзенберг заменил его идеализмом, мир микрообъектов превратил в мир математических отношений. Поставив вопрос о соотношении возможности и действительности, Гейзенберг дал метафизическое решение этой проблемы. Диалектика учит, что возможное и действительное есть единство противоположностей, что возможность — это неосуществленная действительность. Возможность создается действительностью, обусловлена ею, она существует вне и независимо от человеческого сознания.

По Гейзенбергу получается, что возможность — это мир математических отношений; она превращается в мир микрочастиц, последний же создается во время эксперимента и с его помощью.

В этой связи интересно привести еще одно критическое замечание М. Борна против позитивизма. М. Борн справедливо утверждает: «Вообще нет никакой резкой границы между повседневным миром больших вещей и микромиром. Кусок поваренной соли принадлежит, конечно, к обычному миру или миру кухни. Измельчим его в порошок, частицы которого настолько малы, что невидимы невооруженным глазом. Теперь необходимо использовать лупу, а при большем измельчении и микроскоп. Стала ли от этого частица порошка менее реальна и вещественна? Для еще более мелких частиц, которые имеют место в коллоидах, можно привлечь ультрамикроскоп, а где он не дает эффекта, электронный микроскоп, который, как я уже сказал, увеличивает до молекулярных величин. При этом, действительно, могут наблюдаться электроны, имеющиеся в наблюдаемых частицах. Опыты, позволяющие проникнуть во внутренние свойства молекул, атомов и, наконец, атомных ядер и определить их структуры, покоятся, в принципе, на таких наблюдениях рассеивания. Итак, где же находится граница между миром чувств с их осязаемой реальностью и тем микромиром, который позитивист признает только конструкцией?».

На этот вопрос М. Борна не может ответить и В. Гейзенберг из-за противоречивости своих рассуждений. По Гейзенбергу, мир макрофизики — объективная реальность, материя, существующая во времени и пространстве, а мир микрочастиц состоит из субъективного и объективного, причем последнее оказывается математическими отношениями. Следовательно, реальный действительный мир, окружающий нас — материя — есть совокупность математических отношений. Идеалистическая трактовка объектов квантовой механики несовместима со стихийно-материалистическим подходом физика к миру обычных вещей.

Как бы ни была сложна для отражения в научных понятиях, математических уравнениях и физических теориях область атомных явлений, она существует вне и независимо от человеческого сознания, от способов ее познания, измерения и т.д.

Огромное значение для развития современной физики имеет характеристика мира как движущейся материи. Современная физика блестяще подтвердила положение диалектического материализма о том, что не существует материи и ее конкретных видов вне движения.
twitter.com facebook.com

Оставьте комментарий!

Не регистрировать/аноним

Используйте нормальные имена. Ваш комментарий будет опубликован после проверки.

Если вы уже зарегистрированы как комментатор или хотите зарегистрироваться, укажите пароль и свой действующий email.
(При регистрации на указанный адрес придет письмо с кодом активации и ссылкой на ваш персональный аккаунт, где вы сможете изменить свои данные, включая адрес сайта, ник, описание, контакты и т.д.)



grin LOL cheese smile wink smirk rolleyes confused surprised big surprise tongue laugh tongue rolleye tongue wink raspberry blank stare long face ohh grrr gulp oh oh downer red face sick shut eye hmmm mad angry zipper kiss shock cool smile cool smirk cool grin cool hmm cool mad cool cheese vampire snake excaim question

(обязательно)